Судебная практика по банкротству граждан продолжает определять границы, при которых долги могут быть списаны. Особенно сложными оказываются дела, где задолженность возникла в запутанных обстоятельствах. Один из таких случаев был рассмотрен в деле о банкротстве жительницы Ростовской области.
Женщина оформила несколько автокредитов, однако автомобили она фактически не получила, не владела ими и не пользовалась. Первоначально платежи по кредитам вносили третьи лица, но затем выплаты прекратились. Залоговые машины отсутствовали в конкурсной массе, а сама должница ссылалась на мошенничество и наличие возбужденного уголовного дела. Казалось, что такая ситуация может сыграть в её пользу, однако суды отказали в списании задолженности.
Судьи установили, что должник добровольно согласилась на схему, при которой кредиты оформлялись на её имя, а автомобили должны были использовать третьи лица. Самостоятельное погашение долгов не предполагалось, так как платежи планировалось получать от эксплуатации машин другими людьми. Интерес самой женщины заключался в улучшении кредитной истории для последующего получения ипотеки. Банки выдавали кредиты как обеспеченные залогом, но в итоге остались без платежей и без реального залогового имущества. Уголовное дело не сделало должницу простой жертвой: потерпевшим по нему был признан другой банк, сама она проходила свидетелем, а суды указали, что она действовала в интересах участников организованной группы, хотя и не знала об их преступных замыслах.
Таким образом, суды пришли к выводу, что должница не была посторонней жертвой. Она согласилась на оформление кредитов, рассчитывала на выгоду в виде улучшения кредитной истории, не планировала самостоятельно платить и не контролировала залоговые автомобили. Поэтому уголовное дело не стало основанием для списания долгов. Для банкротства важнее оказалось собственное поведение должника при возникновении обязательств и риск, который был переложен на кредиторов. При этом уголовное дело помогло раскрыть действия и намерения должницы, что в рамках дела о банкротстве собрать было практически невозможно.